sealcon (sealcon) wrote,
sealcon
sealcon

Categories:

Никогда не разговаривайте с полицейскими.

Набросал на слух перевод весьма занимательной лекции профессора Джеймса Дуэйна. Оригинал здесь.

Я уже дал вам почувствовать сегодня, что такое реальный опыт юридической практики, и хочу использовать этот момент чтобы сделать что-то, что я уже давно хотел сделать. Чтобы все мы могли встать и гордо сказать: "Боже храни Америку, боже храни билль о правах и спасибо тебе, Господь, за пятую поправку". Мне не стыдно признать, что я горжусь пятой поправкой. Я горд сказать перед камерами, что я никогда не буду говорить с полицейским ни при каких обстоятельствах, при всём уважении к вам, сэр. (стоящему рядом следователю)

Сегодня я собираюсь прочитать необычную лекцию. Что-то, что вы вряд ли увидите в исполнении любого другого профессора. Я действительно бросаю себя на амбразуру. Это была моя идея, я пригласил полицейского и разделил лекцию пополам. У нас с ним будет равное время, причём последнее слово будет за ним. Это эксперт, который действительно знает, о чём речь, и я заранее готов к тому, что он будет мне возражать. Я был адвокатом, когда занимался частной практикой. Поэтому на случай, если я введу вас в заблуждение, дав лишь одну сторону правды, вы услышите последнее слово от него. Я уверен что он сможет многому научить всех нас, включая меня.

Пятая поправка гласит: ни один человек ни в каком уголовном расследовании не обязан давать показания против себя.

И эта поправка, к несчастью, воспринимается в последнее время достаточно негативно. В основном, как вы знаете, благодаря газетам. Я говорю про выпускницу школы права, которая постоянно мелькает в новостях на протяжении последних двух недель. Моя выдающаяся ученица. Она получила множество незаслуженных упрёков за то, что решила воспользоваться своим правом на молчание, когда Сенат решил задать ей ряд вопросов, которые могли её скомпрометировать. Весь мир ополчился на неё: "как может христианин пойти на такое! как может христианин воспользоваться пятой поправкой!" А я говорю: "вперёд, девочка! Ты поступаешь совершенно правильно, и я бы на твоём месте поступил так же. Я так поступаю всегда!"


И я объясню, почему это правильный образ действий, но сначала хочу предложить вам короткий текст. Я прочитаю заметку из сегодняшней утренней газеты. Слушайте внимательно. Я предупреждаю заранее что буду опрашивать вас по этой заметке через несколько минут. Просто чтобы вы почувстовали, что такое юридическая практика.

Прошлым вечером сотрудники полиции Норфолка сообщили об обнаружении трёх трупов в квартире в районе Ист Оушн Вью. Детали позволяют предположить, что убитые стали жертвой бандитских разборок. Полиция расследует происшествие, рассматривая также версии бытового убийства и самоубийства. В настоящее время следователи полагают, что все трое были убиты одним человеком. Пока не было обнародовано информации о подозреваемых, но следователь Джордж Брук сообщил, что свидетельства указывают на возможное участие отставного офицера морского флота. Тела были найдены около 8 часов утра администрацией здания. Убийство произошло ориентировочно между полуночью и двумя часами ночи.

Итак, начнём лекцию. Самое глупое, что вы когда-либо услышите от клиента, это вопрос "Алё, здесь полиция, они хотят со мной поговорить. Что мне делать?" Отлично, я бы мог сразу дать мой ответ на этот вопрос, но почему бы нам для начала не обратиться к настоящему эксперту? Судья Роберт Джексон. Мегапрокурор. Как и я, он начал с частной практики в Баффало, штат Нью-Йорк, правда задолго до меня. Потом служил главным советником в службе внутренних сборов, советником при министерстве финансов, советником при комиссии по ценным бумагам и биржам, помощником генерального прокурора США и главой налогового управления министерства юстиции, потом главой антимонопольного управления, генеральным прокурором. Был главным обвинителем со стороны США на Нюрнбергском процессе.

Впечатляющее резюме. Итак, этот самый Роберт Джексон сказал: "Любой адвокат, стоящий своих денег, скажет клиенту прямо и недвусмысленно, что тот ни при каких обстоятельствах не должен давать никаких показаний полиции."

И я хочу вам разъяснить те неожиданные и порой маловероятные причины, по которым Судья Джексон был прав. Я об этом вспомнил, потому что в последнее время газетные заметки часто сообщают нам о случаях, когда люди, которые думают, что они умнее других, всё-таки говорят с полицией. "Я поговорю с полицией. В конце-концов, я коренной житель", или "я О Джей Симпсон", или "я человек с большим опытом дипломатических переговоров". Даже адвокаты! Не так давно была заметка в местных новостях, здесь, в Нью-Джерси, всего пару месяцев назад. Заметка об опытном адвокате, который закончил тем, что был признан виновным в преступном посягательстве. А всё потому, что он решил поговорить с полицией. Он обвинялся в нападении на свою коллегу в коридоре. Свидетелей не было. Женщина заявила, что во время спора о деталях некоего уголовного дела он схватил её за шею. Он отрицал. У суда было её слово против его слова, и он отрицал что даже прикасался к ней.

Но, к несчастью для бедняги, когда к нему пришёл полицейский и спросил: "вы не ответите на пару вопросов?" он подумал: "Конечно, почему бы и нет! Я адвокат. Я хитёр и умудрён опытом. Я привычен иметь дело с полицией во всех её проявлениях." И далее имела место беседа, которая не была записана.

Дело дошло до суда, и разбирательство уже не было его словом против её слова, потому что когда он сказал, что ни разу не притронулся к этой женщине, прокурор вызвал полицейского и тот дал показание: "ну, вообще-то, когда я с ним говорил, он сказал что положил руку ей на шею, но только для шутки." Тогда обвиняемый поднялся снова и закричал: "нет, это неправда, я никогда ничего подобного не говорил". Но... Теперь это было его слово против слов двух человек, один из которых – полицейский. Мы никогда не узнаем, кто говорил правду, но подсудимый был признан виновным.

Теперь, корень проблемы. Корень проблемы хорошо описан Судьёй Брайером на заседании Верховного суда в 1988 году. Он сказал: "Сложность современного федерального уголовного кодекса заключается в наличии тысяч законов. Практически бесконечное множество возможных обстоятельств, которые могут составлять нарушение закона, делает невозможным для кого бы то ни было предсказать заранее, не могут ли конкретные показания стать основой для заведения уголовного дела.

Один из экспертов по уголовному кодексу недавно отметил, что оценки текущего объёма федерального уголовного законодательства варьируются. Утверждается, что CRS не может точно подсчитать даже количество федеральных преступлений. Эти законы разбросаны по более чем 50 разделам Кодекса Соединённых Штатов, что в общей сложности составляет приблизительно 27000 страниц. Более того, разделы Кодекса часто включают, через ссылки, административные постановления, обнародованные различными агентствами по регулированию. Оценки количества подобных постановлений даже более приблизительны. Но ABA предполагает, что их более 10000.

Вот вам одно из 10000 подобных постановлений:

16 U.S.C. параграф 3370 говорит, что федеральным преступлением является импорт, экспорт, транспортировка, продажа, получение, приобретение или покупка любой рыбы, дикого животного или растения, взятого, удерживаемого, транспортированного или проданного в нарушение любого закона, договора или положения США, или любого закона индейских племён, или любого штата, или любого иностранного закона.

В соответствии с этим законом людей подвергают преследованию за то, что они привозят аквариумных рыбок из Гондураса, не догадываясь, что гондурасский закон запрещает владение определёнными видами рыб.

Других осуждают за владение так называемым коротким лобстером – лобстером меньше определённых размеров. Некоторые штаты запрещают обладать лобстером, который короче фиксированной длины. Не имеет никакого значения, жив он или мёртв, убили вы его или он умер естественной смертью. Даже если ваши действия были самозащитой, это не играет никакой роли. Вы об этом знали? Вы знали, что владение лобстером может быть федеральным преступлением? Поднимите руки, если вы этого не знали.

(удовлетворённо) Вот, об этом я и говорю.

И это только один закон из 10000. Вы знаете, правительство сильно расстраивается, когда люди вроде меня – вроде меня и судьи Джексона! - твердят гражданам: "не разговаривайте с полицией, не отвечайте ни на какие вопросы". Что я могу ответить. Ребята, ведь у вас есть десять тысяч различных способов отправить нас за решётку. Что вам ещё нужно?

Одна из причин, по которой я затеял этот разговор, заключается в том, что недавно мне позвонил мой бывший студент. Который, возможно, посмотрит нас в онлайне (мы выложим лекцию в Интернет). И он сказал мне: "эй, ко мне пришли из налоговой и хотят задать пару вопросов. Они спрашивают, согласен ли я на беседу. Они говорят, что я не являюсь подозреваемым. И я знаю, что я не сделал ничего, что могло бы их заинтересовать."

Боже милосердный... Нет на планете такого мужчины, нет такой женщины в нашей стране, которые могли бы со стопроцентной уверенностью сказать, что никогда не нарушили ни одного из положений Управления Налоговых Сборов.

Как бы то ни было, он сказал: "они говорят, что я не являюсь подозреваемым, и я знаю что не сделал ничего противозаконного, могу я согласиться на беседу?" Я ответил: "Нет! Ни в коем случае! Всё, что ты им должен сказать, это что не будешь разговаривать без присутствия своего адвоката." Я объяснил ему, почему это так, и больше ничего о нём не слышал.

Итак, почему вы никогда не должны разговаривать с полицией. Позвольте мне это прояснить. Десять причин. Вообще-то я солгал вам, у меня нет времени на десять причин, но я успею рассказать о восьми, и этого будет достаточно.

Причина №1. Это не может ничем помочь.

Это никак вам не поможет. Люди всегда думают, что разговор с полицией может им помочь, и всегда ошибаются. Разговором вы не сможете избежать ареста. Офицер Брукс, вы арестовали тысячи людей, было ли хоть раз такое, чтобы вы приблизились к подозреваемому, задали ему несколько вопросов, и благодаря особой искренности и убедительности, с которой он твердит о своей невиновности, вы сказали бы: "ах, не беспокойтесь, мы ошиблись, идите с миром?"

- Нет, такого никогда не было.

Я много общаюсь со своими коллегами адвокатами, и я люблю задавать им вопрос: "было ли в вашей практике такое, чтобы вы сказали: "слава богу, что мой клиент поговорил с полицией". Они смеются, они всегда смеются в ответ. Они отвечают: "да ты издеваешься!"

Итак, это ничем не поможет. Вы не сможете избежать ареста. Более того, ничего из того, что вы скажете, никогда не может быть использовано на суде в вашу пользу. Всё, что вы скажете полиции, может быть использовано и будет использовано против вас, но никогда не может быть использовано за вас. (Federal Rules of Evidence, 801 (d)(2)(A))

Время от времени случается, что адвокат вызывает для дачи показаний полицейского и говорит ему: "Пожалуйста, сообщите присяжным то, что мой клиент сказал вам (потому что то, что клиент сказал, поможет защите)". Если вы попробуете осуществить этот трюк, прокурор немедленно выскажет протест, и судья с ним согласится. Полицейскому не будет разрешено сказать ничего, что может нести оправдательный характер. И это достаточно веская причина, чтобы держать рот на замке.

Причина 2. Очевидно, одна из наиболее очевидных. Если Ваш клиент виновен – и даже если он невиновен – он может признать свою вину, притом без какой-либо выгоды для себя.

Конечно, многие из вас могут подумать, что здесь нет ничего страшного. Разве виновные не должны признавать свою вину? Раскаяние полезно для души. Оно полезно для служб общественного порядка, полезно для государства. Да, да, конечно, всё это так. И я, как и все вы, в случае, если стану жертвой серьёзного преступления, буду надеяться, что преступника найдут и посадят. Все мы в этом едины.

Но, друзья, к чему спешка? Ты не обязан признавать свою вину сразу, как только к тебе подошли. 86% подозреваемых в той или иной степени признают свою вину ещё до начала судебного процесса. Если ваш клиент виновен и действительно должен быть наказан, должен пройти через очистительное покаяние, признать свою вину, для этого будет достаточно времени. Нет причин торопиться, нет причин рассказывать всё полиции. Подождите, может быть ваш клиент сможет заключить своеобразную сделку. Может быть, он сможет получить компенсацию некоторого рода за своё признание.

И не забывайте, кстати, вот о чём. Если ваш клиент собирается рассказать полицейским лишь то, что они уже знают, вы можете подумать, что в этом нет ничего страшного. Он хочет говорить с полицией, всё что он хочет сказать – это признать, что был там, а полицейские уже знают, что он был там. Ладно, пусть говорит. Как это может навредить?

Это МОЖЕТ навредить. Если полицейского переведут в Миннесоту, или он заболеет, или получит ранение, или впадёт в кому, или его местонахождение не смогут определить, дело в случае отсутствия признательных показаний будет закрыто. Но если ваш клиент успел что-то признать, это признание уже никуда не денется. Посмотрите на Ларри Крэйга, он вам всё обьяснит подробнее.

"Проект Невиновность" показал, что, более чем в 25% случаев осуждения невиновных, ответчики сделали необдуманные заявления, вплоть до прямого признания своей вины, которые позже были им инкриминированы.

Как так получается? Вот два известных примера. Вы можете обратиться к источникам, вы не обязаны принимать мои слова на веру.

Эдди Джо Ллойд. В 1984 году он был осуждён за убийство 16-летней девушки в Детройте. В течение нескольких бесед полиция рассказала Ллойду, который был психически нездоров, подробности убийства. Они солгали ему. Они убедили больного человека, что его признание поможет найти настоящего убийцу. После этого он подписал признание и сделал устное заявление, которое было записано на плёнку. Процесс занял в суде менее часа, при том, что кроме этого признания против него не было ничего. Судья сказал: "я бы тебя повесил, если бы мог". Но высшая мера наказания в Мичигане была уже отменена. После почти двух десятков лет тюремного заключения он был освобождён в результате анализа ДНК, который доказал, что этот человек невиновен.

А здесь у нас мистер Вашингтон, который был освобождён всего несколько лет назад в Вирджинии, после того как провёл за решёткой 18 лет. Он был осуждён за совершение изнасилования и убийства, к которым, как мы теперь знаем после анализа ДНК, не имел отношения. Но этот человек, будучи умственно отсталым, дал признания в нескольких преступлениях.

Впрочем, эти случаи несколько выходят за рамки наших интересов, поскольку у подсудимых не было адвокатов.

Некоторые из вас возможно думают, что могут не беспокоиться об этой второй причине, потому что вы невиновны и никогда не будете виновны, и никогда не будете представлять интересы преступников. Что же, ладно. Давайте поговорим с вами, ребята. С теми, кто никогда не совершал преступлений и никогда не совершат и никогда не западёт на девушку, которая совершила. Отлично. Вам также не следует говорить с полицией, потому что есть причина 3:

Причина 3. Даже если ваш клиент невиновен и отрицает свою вину, и в целом говорит правду, он запросто может заговориться и сказать маленькую ложь, или сделать маленькую ошибку, которая его похоронит.

Это человеческая природа. Вы на нервах, вы в стрессовой ситуации. Представьте себе совершенно невиновного клиента. Полиция говорит что он виновен в убийстве. Он абсолютно невиновен, как любой из вас. И он говорит полиции: "я не знаю о чём идёт речь, меня даже близко там не было, я его не убивал, я никого не убивал, у меня нет оружия, у меня никогда не было оружия, я никогда в жизни даже не прикасался к оружию, я даже не был в Вирджинии в ту ночь." Стоп! Последнее утверждение было ложью. Он заговорился. Его арестовали. Следователь начал проверять его показания. Все они правдивы. Кроме одного! И, к несчастью, полиция может доказать, что оно ложно. Теперь есть основания его осудить.

Но ладно. Предположим, что ваш клиент говорит только правду и ничего кроме правды. Даже это не гарантирует отсутствие проблем. Потому что есть причина 4.

Причина 4. Даже если ваш клиент невиновен и говорит только правду, и не говорит никакой неправды, он всегда сообщит полиции информацию, которая может быть использована, чтобы осудить его.

Всегда.

Например, вы сообщаете полиции следующее. "Я не знаю, о чём речь. Я не убивал Джонса, и я не знаю кто это сделал. Меня даже не было поблизости. У меня нет оружия и никогда не было. Я за всю свою жизнь ни разу не прикоснулся к оружию. Я даже не знаю как использовать пистолет. Да, этот парень мне никогда не нравился, но кому он нравился? Я бы никогда его не убил. Я в своей жизни мухи не обидел, и никогда бы не совершил такое."

Давайте предположим, что каждое слово здесь правда. Что произойдёт на суде?

- Следователь Брукс, было ли что-нибудь в вашем расследовании, что натолкнуло вас на мысль, что обвиняемый мог совершить это преступление?

- Да, разумеется. Он признал, что убитый ему никогда не нравился.

Прокурор цепляет эту фразу и говорит: "леди и джентльмены, для меня вполне очевидно, что перед нами преступник. Мы доказали, что он был в Вирджинии в день убийства – что даёт нам возможность. Полицейский Брук также указал, что во время допроса ему удалось выудить из подозреваемого признание, что тот испытывал к убитому неприязнь. Вот вам мотив. Мотив плюс возможность – бинго!"

Невиновных порой осуждают таким образом. Надеюсь, не очень часто. Но я знаю, что это случается. Верховный суд США – я не прошу верить мне на слово! – в процессе рассмотрения дела "штат Огайо против Рейнерз" отметил:

Одной из основных функций пятой поправки является защита невиновных, которые могли бы в противном случае попасть в ловушку неясных (двусмысленных) обстоятельств. Даже правдивые ответы невиновного гражданина могут дать следователю информацию, уличающую самого опрашиваемого.

Как видите, даже Верховный Суд признаёт мою правоту. Кстати, касательно этого процесса, Огайо против Райнерз. Там ребёнок трагически погиб в результате синдрома детского сотрясения. Стоял вопрос, кто затряс ребёнка до смерти. Одной из подозреваемых была няня, которая на той неделе провела с младенцем некоторое время. Няня твердила: "я не знаю, о чём вы говорите, я не убивала ребйнка, я не видела как это произошло, я не знаю кто тряс ребёнка, это была не я, я никогда не применяла к ребёнку никакого насилия."

Суд штата Огайо сказал ей: "хорошо, вы отказались от конституционной защиты в виде пятой поправки, скажите следователю что вы ничего не сделали, очевидно что ваши ответы не могут вас уличить."

Однако позже Верховный Суд поинтересовался, провела ли няня некоторое время с ребёнком на той неделе. И она не ответила. И хотя это само по себе не могло сыграть против неё, но суд обратил внимание на то, что имеет место отказ отвечать на вопрос, и очевидно это неспроста!

Причина 5. Даже если ваш клиент невиновен, и говорит только правду и ничего кроме правды, и не сообщает полиции ничего уличающего,

Что, между прочем, абсолютно невозможно. Представьте себе человека, который разговаривает с полицией три, четыре часа и не говорит ничего, что можно ему инкриминировать. Это невозможно. Но даже если это возможно, всё ещё существует скорбный шанс, что его ответы могут быть использованы для того, чтобы его осудить, если полиция не запишет его показания со стопроцентной точностью.

Пришло время вернуться к вопросу, который я вам обещал. Вы помните, я прочитал вам заметку, всего несколько минут назад? У вас не было бессонной ночи, вы не утомлены физически, вы расслабленно сидите в аудитории, и вас заранее предупредили о том, что вам придётся пройти допрос.

Итак, самое простое. Сколько человек было найдено полицией застреленными в отеле вчера вечером?


А – 1
B - 2
C - 3
D - 4

Кто отвечает А? B? C? D? Поверните, поверните камеру. Покажите аудиторию. Давайте посмотрим, сколько рук у нас поднялось за вариант С.

Итак, вы все ошиблись. Каждый, кто сейчас поднимал руки, относится к категории людей, которым категорически запрещено разговаривать с полицией при любых обстоятельствах до конца жизни. Я ничего не говорил о том, что кто-то был застрелен. Я не употреблял слова пистолет, пуля, выстрел, огнестрельное оружие. Ничего подобного. Но я не упрекаю тех, кто думает, что я их употреблял. Так работает наш мозг. Мы сами заполняем недостающие подробности.

Причина 6. Даже если ваш клиент невиновен и говорит только правду и не сообщает ничего, что могло бы его уличить, и его показания записаны на видео, его ответы всё равно могут быть использованы, чтобы его осудить.

Вы спросите, как это может случиться? Вы ведь были осторожны, вы сказали следователю: "хорошо, можете говорить с моим клиентом, но только если будете записывать разговор на плёнку. Я не хочу споров между вами в суде насчёт того, что там происходило на самом деле".

Отлично. Но что если полиция не воспроизведёт вопросы со стопроцентной точностью?

Предположим, ко мне пришла полиция. Мне говорят: мы расследуем убийство. Джонс застрелен.

Я отвечаю: "я не знаю, кто убил Джонса, это был не я, я ни разу в жизни не прикасался к пистолету."

Как это может быть использовано обвинением? Вы думаете, это невозможно? На самом деле очень просто. На суде обвинение воспроизводит эту часть показаний, и прокурор задаёт вопрос: "итак, сержант Брукс, что-то в этих показаниях вас заинтересовало?"

И вот в этот драматический момент полицейский Брукс поворачивается к присяжным и произносит: "я никогда не упоминал, что убитый был застрелен. Я сказал лишь, что мы расследуем убийство. Обвиняемый сам упомянул пистолет."

Вы поворачиваетесь к подсудимому, тот кричит: "это неправда, это неправда! Они упомянули, что Джонс застрелен." А полицейский заявляет: "нет, не упоминали". И что мы имеем? Ваше слово против их слова? Зачем? Вы хотите поиграть жизнью своего клиента? А полицейский запросто может совершить такую ошибку. Так же, как многие из вас всего несколько минут назад, когда думали, что я произнёс что-то про стрельбу.

Полиция ошибается. Непреднамеренно, нечаянно, как угодно. Вся проблема волшебным образом исчезнет, если вы послушаетесь судью Джексона и ответите полицейскому: "нет, спасибо, мой клиент не будет ничего говорить".

Наконец, как насчет вот этого. Самый удивительный пункт, я думаю самый удивительный из всех.

Предположим, к вашему клиенту приехали полицейские. Он звонит вам и говорит: "Они думают что я кого-то убил в Вирджиния Бич вчера вечером. Я не знаю, кто ограбил этот магазин, это сделал не я. Прошлой ночью меня даже не было в Вирджиния Бич, я был в четырёх часах езды отсюда, навещал маму."

К несчастью, он не платил за бензин кредитной картой, использовал наличные. Нет свидетелей, которые могли бы показать, что он был у мамы, кроме самой мамы, а ценность её слов, как вы понимаете, равна нулю.

И он говорит: "полиция хочет задать пару вопросов, так что я поговорю с ними и обьясню, что я был в АутерБенкс вчера вечером."

Итак, нет ничего компрометирующего нашего клиента. Кстати, давайте предположим, что вы верите клиенту на 100%. Он говорит правду. Вы знаете его много лет, вы 30 лет ходите в одну церковь. Он говорит правду, в этом нет сомнений. Против него ничего нет: нет мотива, нет возможности – его там вообще не было. Как, как это может быть использовано против нас???

Будьте честными, поднимите ваши руки, если вы не понимаете, как эти показания могут быть использованы обвинением.

ОК. Вы все неправы, вы совершенно неправы. Каждый раз, когда вы разговариваете с полицией, вы соверщаете ошибку, о которой пожалеете.

Дело вот в чём.

Причина 7. Даже если ваш клиент невиновен и говорит только правду и не сообщает ничего, что могло бы его уличить, и его показания записаны на видео, и заданные ему вопросы также записаны на видео, его показания могут быть использованы против него, если у полиции есть любое свидетельство, даже ошибочное или ненадёжное, что что-то из показаний вашего клиента – ложь.

Вернёмся к примеру с мамой. После того, как я выложил на стол все свои карты, сообщил что я навещал маму тем вечером, я вдруг обнаруживаю, что у обвинения есть свидетель. Это девушка, с которой я учился в школе. Мы никогда не были врагами, никогда даже не знали толком друг друга, у неё нет причин лгать. И она клянётся, что видела меня вчера вечером в Вирджиния Бич, в паре кварталов от того магазина, примерно в то время когда произошло ограбление.

Внимание! Её свидетельство само по себе никак не может повлиять на процесс. Если это всё, что есть у обвинения, дело даже не дойдёт до суда. Но если я, как последний идиот, побеседовал с полицией и сказал правду – что я был в АутерБенкс, то теперь трагическим образом мы имеем противоречие между моими показаниями и показаниями свидетеля – ошибочными, неуверенными, но искренними. Теперь, вероятно, я буду обвинён. Офицер Брукс расскажет в суде, как я лгал ему о том, что был в АутерБенкс. Девушка подтвердит, что видела меня в Вирджиния Бич за час до ограбления. Я обречён.

Я закончу этот пункт примерами. Слева у нас Марта Стюарт. Она была обьектом государственного расследования. Подозревалась в нарушении ряда федеральных законов. Мошенничество с ценными бумагами и тому подобное. Они бы никогда не смогли её осудить, но обвинение стало возможным именно потому, что она всё отрицала. В разговоре с полицией она говорила «нет, это неправда, я невиновна». Её уличили во лжи федеральным следователям по незначительному поводу, после чего Марта была признана виновной и провела в заключении 5 месяцев.

Ещё один пример – Мэрион Джонс. Ещё одна женщина, которая была бы сейчас на свободе, если бы следовала моим советам. Её обвиняли в принятии стероидов. Вместо того чтобы воспользоваться поправкой, она сказала: "нет, я никогда не принимала стероиды, даже когда выигрывала золотые олимпийские медали". Позже обвинение доказало, что она лгала и принимала их в юности. Она попала за решётку на 6 месяцев за то, что лгала полиции, при том что человек, который продавал стероиды – лишь на четыре.

Майкл Вик, как вы знаете, не так давно был признан виновным в организации собачьих боёв. Одной из причин, по которым наказание было значительно суровее, чем могло бы быть, стал его разговор с полицейским. Когда полицейский пришёл к нему домой в первый раз, он сказал: "я ничего не делал, я ничего не знаю, я ни в чём не виноват".

Итак, Джексон был прав. Любой толковый и добросовестный адвокат в здравом уме запретит своему клиенту разговаривать с полицией при любых обстоятельствах. Не имеет значения, виновен он или нет. Неважно, хочет он сказать правду или солгать. Если речь о правде - отлично, мы всё это расскажем присяжным, у нас будет достаточно времени, чтобы выложить на стол все карты. Но пока мы не в суде, я ещё не знаю, что есть у обвинения. Может у них есть заблуждающиеся, ошибающиеся свидетели, показания которых будут противоречить даже самым правдивым нашим показаниям. Мы не можем знать, не можем предсказать, чем обернётся наша информация, если мы поделимся ею заранее. Поэтому держите рот на замке, не отвечайте ни на какие вопросы, пользуйтесь пятой поправкой и вы никогда об этом не пожалеете. Боже храни Америку, боже храни билль о правах. Ну а теперь, как договаривались, я дам моему оппоненту равное время, или то что от него осталось.

Tags: США, переводное, полиция
Subscribe

  • Про собак.

    Не так уж давно – ещё в конце 90-х – собаки у нас в деревне не умирали от старости. Никогда. Умирали от ран, нанесённых бродячими стаями. Здесь…

  • Ряд неожиданных фактов.

    Талассемия (наследственная гемоглобинопатия, приводящая к затруднению отдачи кислорода тканям) есть ничто иное как эволюционный механизм защиты от…

  • Муравьиная колониальная политика.

    Достаточно случайно обнаружил отличную работу Ж.И.Резниковой “Новая форма межвидовых отношений у муравьёв: гипотеза межвидового социального…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • Про собак.

    Не так уж давно – ещё в конце 90-х – собаки у нас в деревне не умирали от старости. Никогда. Умирали от ран, нанесённых бродячими стаями. Здесь…

  • Ряд неожиданных фактов.

    Талассемия (наследственная гемоглобинопатия, приводящая к затруднению отдачи кислорода тканям) есть ничто иное как эволюционный механизм защиты от…

  • Муравьиная колониальная политика.

    Достаточно случайно обнаружил отличную работу Ж.И.Резниковой “Новая форма межвидовых отношений у муравьёв: гипотеза межвидового социального…