Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Одесское.

Сейчас вокруг событий возникает очень много совершенно излишней движухи. А именно попыток доказать что сгорели не одесситы, доказать что сгоревшие сами виноваты, рассуждения о том кто начал, кто был вооружён и тому подобное.

Всё конечно имеет смысл для расследования и наказания виновных. Но суть-то, ребята, совершенно не в этих деталях. Ломать копья на тему того, как именно происходили события - незачем. Потому что самое важное произошло после. Когда майдауны фоткались на фоне, отпускали весёлые шуточки, безудержно ликовали.

Это значит, что майдауны созрели для массовых убийств.
Это значит, что майдауны, будь у них такая возможность, с удовольствием бы такую бойню запланировали заранее, без малейших угрызений совести.
Это значит, что будут ещё массовые убийства.

Всегда можно собрать в одном месте кучу отморозков, готовых на всё. Само по себе это не показатель. Но реакция интернета доказала, что отмороженность в целом является отличительным признаком широчайших слоёв поклонников майдана.

Это пиздец.

Терминологическое.

Считаю недопустимым терминологическую путаницу в репортажах о происходящих на Украине событиях.
Если одну сторону называть пророссийскими активистами, то вторую надо - проамериканскими активистами.
Если использовать термин "сепаратист", то в Славянске киевские сепаратисты воюют с сепаратистами донецкими.

Никогда не разговаривайте с полицейскими.

Набросал на слух перевод весьма занимательной лекции профессора Джеймса Дуэйна. Оригинал здесь.

Я уже дал вам почувствовать сегодня, что такое реальный опыт юридической практики, и хочу использовать этот момент чтобы сделать что-то, что я уже давно хотел сделать. Чтобы все мы могли встать и гордо сказать: "Боже храни Америку, боже храни билль о правах и спасибо тебе, Господь, за пятую поправку". Мне не стыдно признать, что я горжусь пятой поправкой. Я горд сказать перед камерами, что я никогда не буду говорить с полицейским ни при каких обстоятельствах, при всём уважении к вам, сэр. (стоящему рядом следователю)

Сегодня я собираюсь прочитать необычную лекцию. Что-то, что вы вряд ли увидите в исполнении любого другого профессора. Я действительно бросаю себя на амбразуру. Это была моя идея, я пригласил полицейского и разделил лекцию пополам. У нас с ним будет равное время, причём последнее слово будет за ним. Это эксперт, который действительно знает, о чём речь, и я заранее готов к тому, что он будет мне возражать. Я был адвокатом, когда занимался частной практикой. Поэтому на случай, если я введу вас в заблуждение, дав лишь одну сторону правды, вы услышите последнее слово от него. Я уверен что он сможет многому научить всех нас, включая меня.

Пятая поправка гласит: ни один человек ни в каком уголовном расследовании не обязан давать показания против себя.

И эта поправка, к несчастью, воспринимается в последнее время достаточно негативно. В основном, как вы знаете, благодаря газетам. Я говорю про выпускницу школы права, которая постоянно мелькает в новостях на протяжении последних двух недель. Моя выдающаяся ученица. Она получила множество незаслуженных упрёков за то, что решила воспользоваться своим правом на молчание, когда Сенат решил задать ей ряд вопросов, которые могли её скомпрометировать. Весь мир ополчился на неё: "как может христианин пойти на такое! как может христианин воспользоваться пятой поправкой!" А я говорю: "вперёд, девочка! Ты поступаешь совершенно правильно, и я бы на твоём месте поступил так же. Я так поступаю всегда!"

Collapse )

Китайская этика.

Ночью в дом бедняка забрался вор. Бедняк от шума проснулся, заметил вора - но виду не подал - притворился спящим. Однако это не ускользнуло от внимания вора.

"Он увидел, что я собираюсь его обокрасть, но не хочет поднимать шума. Ведь тогда я потеряю лицо. Какой деликатный человек!" - рассудил вор и на цыпочках отправился к двери.

"Он понял, что я очень беден, и, жалея меня, решил уйти с пустыми руками. Этак я могу потерять лицо", - размышлял хозяин дома, наблюдая за уходящим вором. И стал его звать: "Вор! Не уходи! Я бедный человек, но всё же возьми у меня хоть что-нибудь. Иначе как я буду утром смотреть в глаза соседям?"



В одной из миссионерских христианских общин, состоявших под моим управлением, - рассказывает Джон МакГован, - был проповедником крещёный китаец-христианин. Говорил он очень плохо, все его проповеди были скучны и неинтересны, и вот христианское население общины решило избавиться от него. Избрав делегацию, они обратились ко мне с просьбой о том, чтобы я помог освободиться от этого проповедника. Приняв во внимание все обстоятельства дела, я устроил проповеднику перевод на такую же должность в другую общину и убедил его принять это новое место. Когда всё было устроено, я заявил после богослужения пастве, что проповедник должен вскоре их покинуть ввиду перехода на новое место и что им предстоит избрать нового проповедника.

Нужно было видеть, с каким огорчением выслушали они моё заявление. Через несколько мгновений в толпе послышался ропот, и слушатели начали просить меня убедить проповедника остаться у них. Если бы я не знал, что всё это делается для вида, я, конечно, принял бы всё за чистую монету, настолько хорошо они разыгрывали огорчение. После моего твёрдого заявления, что решение это окончательное и изменено быть не может, голоса стали умолкать и все мало-помалу успокоились.

Однако на этом история не закончилась. Через неделю в мой кабинет вошёл слуга и объявил, что меня хочет видеть депутация от общины. Визит этот меня удивил, тем более когда я увидел, что с ними был и сам проповедник. Усадив пришедших и поговорив с ними, как принято у китайцев, о разных не относящихся к событию вещах, я вежливо обратился к ним с вопросом, не имеют ли они ко мне какого дела. В ответ старший из них начал говорить, что все они очень огорчены, узнав, что проповедник их покидает, и решили ещё раз просить меня убедить его остаться.

К словам его присоединились и остальные, приводя самые убедительные доводы. Я был поражён и в первую минуту не знал даже, что предпринять. Всего около двух недель те же самые люди просили меня выдумать какой-нибудь предлог, чтобы удалить этого проповедника, а теперь они же просили удержать его на прежнем месте. Я стал колебаться, но потом решительно заявил, что раз проповедник согласился уже принять новое приглашение, то отказаться от него уже поздно.

Когда проповедник с частью делегации оставил меня, я обратился к оставшимся с просьбой объяснить мне что происходит. "Ведь по вашей же просьбе я нашёл ему новое место, а теперь вы приходите ко мне и требуете чтобы я оставил его здесь."

Тогда один из депутатов обратился ко мне со снисходительной улыбкой. "Мы действительно хотели освободиться от этого человека, и он сам прекрасно знал об этом, но нам нужно было, чтобы молва об этом не разошлась по сторонам и он не потерял лица. Теперь же он не только не потерял лица, но получает возможность с гордостью держать себя на новом месте."

Когда он закончил, вся депутация весело глядела на меня, готовая расхохотаться. Веселость их подействовала на меня, и я улыбнулся. Увидя мою улыбку, все присутствующие расхохотались так заразительно, что мне оставалось только присоединиться к ним.

Из книги А. Жемчугова "Китайская головоломка."

Типичные разговорные заебоны

Заебон 1.

- А слышали, маньяка-то поймали.
- Да вы что?
- Ага. Оказалось Пупкин Иван Петрович, но он в отказ идёт.
- Дык я ж его двоюродную сестру знаю. Самого не знаю, а двоюродная сестра к нам в детский сад ходила. Очень хорошая девочка, не может такого быть чтоб он был маньяком. Не верю. Это всё на него наговаривают.

Заебон 2.

- Таких уродов мочить надо.
- А если бы это был твой сын?


Два мощнейших аргумента в любом споре на уголовную тематику. Если кто-то из спорящих хоть как-то знал жену/сестру/родителей/кошку обвиняемого, то обвиняемый невиновен. Если обвиняемый виновен, то его всё равно надо отпустить и ещё сверху приплатить, потому что а вдруг твой сын в такой же ситуации окажется.

В общем, дебилы плодятся как кролики. С логикой народ дружит чем дальше тем меньше.